РИСОВАННЫЙ ЗВУК

Андрей Смирнов

Изобретение звукового кино в конце 20-х годов ХХ столетия привело к немедленной революции в области музыкальной технологии. В 1929 году композитор Арсений Авраамов, конструктор Евгений Шолпо и режиссер-аниматор Михаил Цихановский, в процессе работы над одним из первых советских звуковых фильмов «Пятилетка. План Великих работ» пришли к идее техники рисованного звука, позволявшей методом искусственного создания графики звуковых дорожек на кинопленке синтезировать любые звуки, эффекты, записывать сложные полифонические произведения.

Вскоре в СССР было создано несколько лабораторий, занимавшихся проблемами «искусственного звука». В основном, создавалась прикладная кино-музыка, результатом работы было озвучивание фильмов. Наиболее известны работы Евгения Шолпо, изобретателя инструмента «Вариофон», композитора и исследователя Арсения Авраамова, занимавшегося проблемами ультрахроматической музыки, Николая Воинова, создавшего «Нивотон».

Параллельно свою технику рисованного звука разработал в Германии один из пионеров «абстрактного кино», кинорежиссер Вальтер Руттман. Позже, в начале 30-х годов, с аналогичной техникой работал легендарный режиссер «абстрактного кино» и один из создателей направления «визуальная музыка» Оскар Фишингер.

Серьезные исследования проводил коллега Арсения Авраамова акустик Борис Янковский, занимавшийся анализом и изучением спектров звуков, а также попытками создания универсальной библиотеки звуков, в основе которой были заложены принципы, к которым музыкальная практика вернулась только в середине 80-х годов ХХ века в результате быстрого развития компьютерных технологий. Говоря современным языком, Янковский занимался техникой «спектральных мутаций».

В своей так и неопубликованной работе «Акустический синтез музыкальных красок» (Ленинград 1939г.) Янковский пишет: «С конца 1932 года темой моих работ является запись на пленку синтонов – звуков синтетических инструментов, заполняющих пробелы между группами симфонического оркестра, а также воспроизводящих (как частный случай синтеза) и все существующие инструменты, но с расширением их диапазонов, при соблюдении устойчивости формант. <…> Окраска звука зависит от формы звуковой волны, график которой может быть разложен математически в ряд Фурье, т.е. на отдельные составляющие – синусоиды, а стало быть, и обратно – может быть гармонически сложен из синусоид же. Заниматься этим никому не приходило в голову просто потому, что до появления графического (или рисованного) звука отсутствовала самая техника и методология воспроизведения звука с подобного рода акустических графиков. <…> Отсюда вывод: почему бы не положить начало новой отрасли знания – синтетической акустике , если только удастся хотя бы эскизно составить таблицу звуковых элементов, подобную периодической таблице химических элементов Менделеева? Система оркестровых красок имеет пробелы в своих рядах, которые могут быть заполнены синтезом, подобно тому, как пробелы в рядах менделлевской таблицы заполнялись позднейшими открытиями в химии».
В лаборатории Янковского "Синтонфильм" имелся своего рода "компьютер" - сотрудник, в обязанности которого входило проводить математические расчеты разложения звуковой волны в ряд Фурье.

Анализируя концепции и результаты работ Авраамова, Янковского, Шолпо, Воинова, мы с изумлением обнаруживаем, что в домагнитофонную эру, в рамках техники рисованного звука, эти исследователи попытались создать технологию, которую мы традиционно считаем высшим достижением компьютерной музыкальной технологии 90-х годов ХХ века!
Попытались - и достигли практического результата!
В начале 30-х годов ХХ века советские исследователи, фактически, умели сэмплировать, синтезировать звуки музыкальных инструментов, голос человека, различные шумы. Более того, Янковский разработал свою технику адитивного и формантного синтеза, технику спектральных мутаций (Sound Hack 30-х !!). На основе созданных искусственно звуков синтезировались полифонические, оркестровые партитуры, озвучивались фильмы. Здесь мы уже можем говорить о секвенсорах, многоканальной записи и монтаже начала 30-х.

Можно смело утверждать, что наши изобретатели в очередной раз оказались "впереди планеты всей". Похожие опыты с рисованными звуковыми дорожками проводили в Германии Вальтер Руттман и Оскар Фишингер (несколько позже), оставаясь в пределах простейшей техники работы со звуковой волной. Но только через 50 лет мир окончательно созрел для принятия идей, практически реализованных нашими исследователями в 30-е годы. Реализованных - и прочно и надолго забытых. К сожалению, это типичная судьба всех передовых идей в области музыкальной технологии, рожденных в стране Советов.


Остатки архива
Арсения Авраамова

Активная фаза истории "Рисованного звука" охватывает период всего 5-6 лет - 1930 - 1936 гг.
.
В 1930-м году создается первая лаборатория "Мультзвук" Авраамова, возникает целый ряд параллельных работ, которые через несколько лет практически сворачиваются. В начале 1936 года Николая Воинова увольняют с Мультфабрики Московского Кинокомбината. Группа Авраамова "Welttonsystem" распущена в НИКФИ в декабре 1932 года по сокращению штатов и перемещается Межрабпромфильм, где в 1934 году ее закрывают, как не оправдавшую себя экономически. Вся продукция группы (около 2000 метров пленки) хранилась много лет на квартире Авраамова, где и погибла в конце 30-х гг. во время двухлетнего пребывания хозяина в Кабардино-Балкарии. В 1938 году Борис Янковский пытается объединить усилия с Евгением Шолпо, лаборатория которого просуществовала до 1950-го года. Но идеи Янковского слишком сильно опережают время. Для их реализации уже недостаточно человека-компьютера. Нужна иная техническая база.
Затем - вторая мировая война. А после войны мир вступил в новую, магнитофонную эру, и техника рисованного звука стала анахронизмом.